Эпилепсия музыкальная группа

Боязнь музыки: музыкогенная эпилепсия

В 1937 году Макдональд Кричли, выдающийся врач, описал 11 случаев, в каждом из которых причиной эпилептического припадка у пациента становилась музыка. Он назвал свою статью «Музыкогенная эпилепсия» (хотя и добавил потом, что предпочитает более короткий и звучный термин «музыколепсия» (musicolepsy)).

Одни пациенты Кричли были музыкальны, другие – нет. Причиной припадков могли стать самые разные виды музыки. Одни люди реагировали на классику, другие – на «старые-добрые» мелодии из детства, в то время как для третьих самой опасной была «музыка с четко выраженным ритмом». Лично мне однажды написала женщина, которая признавалась, что у нее начинается приступ, когда она слышит «современную, нестройную» музыку, в то время как классические или романтические мелодии она может слушать без проблем (ее муж, к сожалению, предпочитал именно современную, нестройную музыку). Кричли наблюдал за тем, как люди реагируют на конкретные инструменты и звуки (один из пациентов, например, реагировал только на «низкие ноты латунного духового инструмента»; этот человек работал радио-оператором на большом межконтинентальном лайнере, и у него начинались припадки всякий раз, когда на палубе играл оркестр; проблему удалось решить, когда его перевели на корабль поменьше, без оркестра). Некоторые пациенты реагировали только на конкретные мелодии или песни.

Самый удивительный случай в практике Кричли – это история о выдающемся музыкальном критике, Никонове, который пережил свой первый припадок, слушая оперу Мейербера «Пророк». Он становился все более восприимчивым к музыке, и, в конце концов, дело дошло до того, что практически любая, даже самая легкая, мелодия вызывала у него приступ («наиболее пагубное влияние, — замечал Кричли, — на него оказывал так называемый «музыкальный фон» в произведениях Вагнера, звучащий очень монотонно и ритмично). Никонову, несмотря на весь накопленный профессиональный опыт, пришлось оставить свою профессию. В дальнейшем он стал избегать всяческих контактов с музыкой. Если он слышал духовой оркестр на улице, он зажимал уши ладонями и старался спрятаться в ближайшем помещении или просто убегал. У него развилась самая настоящая фобия, он описал ее в своем памфлете «Страх перед музыкой».

Кричли так же опубликовал несколько статей с описаниями припадков, вызванных не-музыкальными звуками – чаще всего монотонными: шипением кипящего чайника, летящего самолета или технических приборов в мастерской. По мнению Кричли, в некоторых случаях пусковым механизмом музыкогенной эпилепсии были конкретные свойства звуков (вспомнить хотя бы радио-оператора, не способного переносить низкие частоты духовых инструментов); но в других случаях более важным был эмоциональный отклик или ассоциации.*

(*хотя именно звуковая составляющая здесь важнее, чем эмоциональная – этот вопрос был рассмотрен Дэвидом Посканзером, Артуром Брауном и Генри Миллером. Они дали прекрасное и очень детализированное описание одного из своих пациентов – 62-х летнего мужчины. Он терял сознание каждый вечер, слушая радио, в 20:59. Кроме того, с ним случались припадки всякий раз, когда он слышал звон церковных колоколов. Пост фактум удалось выяснить, что канал ВВС перед девятичасовыми новостями обычно запускает в эфир запись звона колоколов церкви St Mary-le-Bow, и именно на этот звон реагировал пациент. Используя разные методы стимуляции – записи колоколов нескольких церквей, колокольный звон, проигранный задом наперед, органную и фортепианную музыку – Посканзер и его коллеги установили, что лишь определенные тембры колокольного звона вызывают у пациента приступы эпилепсии. И в то же время запись колокольного звона, проигранная задом наперед, была безвредна. Пациент уверял, что не испытывает никаких особых чувств к церкви St Mary-le-Bow; судя по всему, именно тональность и тембр колокольного звона служили здесь пусковым механизмом для припадков (Посканзер так же отмечал, что потеряв сознание при звуке колоколов, пациент на неделю приобретал нечто вроде иммунитета к звону))*.

Музыка может вызывать самые разные виды припадков. У одних пациентов случаются судороги, они теряют сознание, прикусывают язык, иногда могут даже обмочиться; другим повезло больше – они переживают легкие припадки, краткие «отключения», которые их друзья часто даже не замечают. Многие в таких случаях переживают настоящие приступы эпилепсии височной доли. Так было с одним из пациентов Кричли. Он вспоминал: «В такие моменты у меня появляется чувство, что все это уже было. Каждый раз происходит одно и то же. Я в толпе людей, играет музыка, все танцуют. Мне кажется, я на яхте. Но эта яхта, это место никак не связано с моим прошлым, я никогда не видел ее в реальности».

Музыкогенная эпилепсия считается очень редким заболеванием, но в своих работах Кричли выдвигает предположение, что на самом деле она встречается гораздо чаще, чем принято думать. *

*( к этой идее он возвращался снова и снова в течение всей своей долгой карьеры. В 1977 году, спустя сорок лет после того, как вышла его первая статья, посвященная музыкогенной эпилепсии, он добавил две главы в свою книгу «Музыка и мозг» (под совместной редакцией Кричли и Хэнсона))*

Многие люди часто испытывают странные чувства, слушая определенные виды музыки – это может быть беспокойство или даже испуг – но после они обычно быстро приходят в норму, выключают магнитофон, либо же просто зажимают уши ладонями, тем самым предотвращая припадок. Кричли полагал, что от легких формы – formes frustes – музыкальной эпилепсии страдают многие, и что цифра эта гораздо больше, чем может показаться (меня тоже посещала такая мысль, и я думаю, здесь можно провести аналогию со световой эпилепсией: мигающие лампочки или флуоресцентные трубки часто вызывают у людей странное чувство дискомфорта, не приводя при этом к серьезному припадку).

Работая в клинике для больных эпилепсией, я встречал пациентов, у которых музыка провоцировала припадок, а так же тех, у кого припадку предшествовала музыкальная галлюцинация – иногда, гораздо реже, я встречал людей с двумя этими симптомами одновременно. Все эти люди в той или иной степени страдали от эпилепсии височной доли, и большинство из них имело аномалии в височной доле, видные на ЭЭГ или на снимках мозга.

Недавно я встретил Г.Г.. У него никогда не было проблем со здоровьем, но в 2005 году он пережил герпетический энцефалит; сначала болезнь проявилась в виде жара и припадков, потом наступила кратковременная кома, а после – тяжелая амнезия. Удивительно, но спустя год проблемы с памятью исчезли, и все же Г.Г. продолжали мучить припадки, иногда весьма серьезные, но чаще – мелкие и неполные.

Первоначально приступы были спонтанными, но через несколько недель стало ясно, что Г.Г. реагирует преимущественно на звуки – «внезапные, громкие, вроде сирены скорой помощи» – и особенно на музыку. И вместе с тем у Г.Г. развилась невероятная чувствительность к звукам – он слышал то, что другие люди были просто неспособны услышать. Он наслаждался этой способностью и чувствовал, что теперь его жизнь стала «более живой и яркой», и в то же время ему не давал покоя вопрос: связано ли это с его музыкальной и звуковой эпилепсией?

Любой вид музыки – от рока до классики – может вызвать у Г.Г. припадок (когда мы встретились впервые, он включил арию Верди на своем мобильном телефоне; и примерно через пол минуты у него начался приступ). Он сказал, что «романтическая» музыка наиболее опасна, особенно песни Фрэнка Синатры («он трогает струны моей души»). Музыка, утверждал он, должна быть «полна эмоций, воспоминаний и ностальгии»; это почти всегда музыка из его детства или юношества. Она не должна быть громкой, чтобы вызвать припадок – тихая, мягкая музыка может быть так же «эффективна» – но сегодня мы живем в очень шумном мире, и музыка окружает нас всюду, поэтому большую часть своей жизни Г.Г вынужден ходить с берушами в ушах.

Его припадкам обычно предшествует странное состояние, когда он чувствует сильное и непроизвольное желание прислушаться. В подобном состоянии он воспринимает музыку иначе – она становится более интенсивной, словно растет, расширяется и обретает власть над ним; и когда это происходит, он уже не может сопротивляться – он теряет сознание, и у него проявляются симптомы, характерные для эпилептиков: он начинает задыхаться и чмокать губами.

В случае с Г.Г. музыка не просто вызывает припадок; она, возможно, является важной его частью, распространяясь от зоны восприятия в другие части височных долей мозга, и, иногда, проникая в моторные зоны коры головного мозга, что обычно вызывает наиболее сильные приступы. Музыка словно проникает в сознание Г.Г., и там превращается в сильное душевное переживание и после – вызывает приступ.

Другая пациентка, Сильвия Н., обратилась ко мне в конце 2005 года. Эпилептические припадки начались, когда ей было чуть за тридцать. Приступы проявлялись по-разному: одни сопровождались судорогами и полной потерей сознания, другие же, наоборот, имели более сложную структуру; во время этих приступов она переживала то, что называют «раздвоением сознания». Иногда припадки начинались спонтанно, либо – как реакция на стресс, но чаще всего их вызывала музыка. Однажды Сильвию обнаружили без сознания на полу, она билась в конвульсиях. Последнее, что она помнит о том дне – она слушала CD с записями своих любимых неаполитанских песен. Сперва она не придала этому значения, но когда вскоре с ней случился новый припадок, и произошло это опять во время прослушивания неаполитанских песен, она заподозрила, что здесь, возможно, есть какая-то связь. Очень осторожно она включила музыку еще раз и обнаружила, что прослушивание песен, – не важно записи ли это или живые выступления, – пробуждает в ней какое-то «необычное» чувство, а вслед за этим – начинается припадок. Другие виды музыки не оказывают на нее никакого эффекта.

Она любила неаполитанские песни, они напоминали ей о детстве. («старые песни, — сказала она, — у нас в семье все их любили, эта музыка вечно играла у нас дома»). Она считала эти песни «романтическими и эмоциональными… и осмысленными». Но теперь, узнав, что они – причина ее припадков, она стала бояться их. Особенно ее пугали свадьбы; она выросла в большой сицилийской семье, а сицилийцы всегда поют эти песни на праздниках. «Если группа начинает выступление, у меня есть пол минуты, не больше, чтобы убежать».

Миссис Н. по разному реагирует на музыку: иногда у нее случаются серьезные припадки, но гораздо чаще – она испытывает странные ощущения, словно находится в состоянии измененного времени и сознания; в такие моменты ей иногда кажется, что она подросток, или – иногда ее охватывают воспоминания о детстве, и она как будто заново переживает сцены своей юности (некоторые из них действительно являются частью ее памяти, другие – чистый вымысел). Она сказала, что выход из такого рода припадков обычно похож на «пробуждение», словно ото сна. Но это гораздо больше, чем сон – в своих видениях из детства она вполне осознает, где находится, хотя и не имеет власти над своим телом; она слышит и понимает все, что говорят окружающие ее люди, но ответить не может – такой вид «раздвоенного сознания» Хьюлингс Джексон называл «психическая диплопия» (mental diplopia) (*диплопия – нарушение зрения, состоящее в двоении видимых предметов*). Хотя большинство ее эпилептических видений связано с прошлым, она призналась, что однажды видела будущее: «я была там, на небесах… моя бабушка открыла райские ворота. «Еще не время», — сказала она, и я очнулась».

Несмотря на то, что миссис Н. перестала посещать места, где могут играть неаполитанские песни, ее припадки продолжались, уже без всякого влияния музыки, ситуация становилась все более тяжелой. Лекарства были бесполезны, приступы повторялись все чаще, по многу раз в день, и жизнь миссис Н. стала невыносимой. МРТ показала анатомические и электрические аномалии в левой височной доле (возможно, развившиеся в результате травмы головы, полученной в юношестве), и стало ясно, что безостановочные припадки во многом связаны именно с этой зоной мозга, поэтому ранее, в 2003 году, она согласилась на операцию, частичную височную лобэктомию, чтобы исправить ситуацию.

После операции все пошло на лад, спонтанные приступы прекратились, и, кроме того, миссис Н. утратила болезненную чувствительность к неаполитанским песням. Она обнаружила это случайно: «после операции я все еще боялась слушать эту музыку. Но однажды я была на вечеринке, и приглашенная группа вдруг начала играть одну из неаполитанских песен. Я выбежала в другую комнату и закрыла дверь. Потом кто-то открыл дверь, и я услышала мелодию – она звучала словно издалека. Я поняла, что чувствую себя вполне нормально, и стала прислушиваться». Чтобы подтвердить свою догадку, она вернулась домой («дома безопасней, поскольку там ты в одиночестве, тебя не окружают пятьсот человек») и включила неаполитанские песни. «Я медленно крутила ручку громкости на стерео, до тех пор, пока музыка не загремела на всю квартиру. И она никак не влияла на меня».

Миссис Н. больше не боится музыки, теперь она снова может наслаждаться своими любимыми неаполитанскими песнями. У нее так же прекратились те странные приступы, вызывающие воспоминания юности; похоже, операция, как мог бы предсказать Макдональд Кричли, прошла успешно и положила конец обоим видам припадков.

Миссис Н., конечно, очень рада, что вылечилась. И все же иногда она с тоской вспоминает некоторые свои «видения» – например «врата рая», ведь это одно из тех мест, которые невозможно забыть.

Использованные источники: megaobuchalka.ru

ВАС МОЖЕТ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ :

  Болят ноги эпилепсия

  Как избавиться от эпилепсии дома

  Зпрр эпилепсия лечение

Какую музыку можно слушать людям страдающим эпилепсией?

Известно, что музыкотерапия оказывает положительное воздействие и на весь организм, в целом, и на отдельные его органы и ткани. Различная музыка не одинаково влияет на разные органы и ткани. При одних заболеваниях лучше подходят одни композиторы и музыка одних музыкальных инструментов, при других все иное.

Музыка австрийского композитора Вольфганга Амадея Моцарта оказывает необычное лечебное воздействие на работу головного мозга — «эффект Моцарта». Еще в 1993 г. невролог Франк Роше наблюдал ее качественное влияние на физиологию человеческого организма и на работу головного мозга. А также Гордон Шоу и нейролог Марк Боднер с помощью сканирования головного мозга доказали, что музыка Моцарта активизирует процессы в коре головного мозга.

Музыке Моцарта характерны звуки высокой частоты — 3 000 до 8 000 Гц и выше. Она положительно воздействует на микроскопические мышцы среднего уха и собственно слух, оказывает влияние на структуры коры головного мозга. Именно звуки высокой частоты оказывают положительное воздействие. При прослушивании музыки Моцарта улучшаются процессы в коре головного мозга, как концентрация внимания, улучшение памяти.

При эпилепсии рекомендуется слушать музыку Моцарта. Его музыка удивительно простая и легая в восприятии, очень нежная и в ней много солнца и света.

Д. Хьюджес исследовал влияние музыки Моцарта у больных с тяжелой степенью эпилепсии с частыми приступами. У большей части из них при прослушивании музыки во время приступов эпилепсии, последние становились не столь интенсивными и через некоторое время проходили. В целом, при регулярном прослушивании музыки Моцарта, у пациентов с частыми приступами, их приступы становились не такими частыми и протекали не так тяжело, а все менее интенсивно. Положительный эффект от прослушивания музыки Моцарта был нагляден и по результатам исследования на электроэнцефалограмме, по внешнему состоянию и самочувствию пациентов. Ученый сделал вывод, что амплитуда электрических волн, возбуждающих мозг при эпилепсии, уменьшается и это делает течение эпилепсии более легким.

Очень полезно при эпилепсии слушать сонаты Моцарта и никакая другая музыка (либо тишина) не оказывают такого влияния при этом заболевании. Особенно полезна соната К 448.

Прослушивание сонат Моцарта, в частности, сонаты К 448, помогают снизить и сделать более легкими, прекратить приступы эпилепсии.

Использованные источники: www.bolshoyvopros.ru

ВАС МОЖЕТ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ :

  Эпилепсия упражнения

  Эпилептологи лечение эпилепсии

  Симптоматическая эпилепсия таблетки

Мир Психологии

Главное меню

Музыкальная эпилепсия

Музыкальная эпилепсия

Большая энциклопедия по психиатрии. Жмуров В.А.

Музыкальная эпилепсия — термин И.П.Мержеевского (1884)

  1. рефлекторные припадки эпилепсии, возникающие при восприятии определённой музыки, например, одной какой-то мелодии. Вариант акустической эпилепсии, припадки которой провоцируются звуковыми стимулами. Обычно имеется в виду височая эпилепсия с чаще двусторонней локализацией эпилептогенных очагов. Синонимы: Музыкогенная эпилепсия (Gastaut, 1973), Музыколепсия, синдром Критчли (1937);
  2. эпилепсия, во время ауры припадков которой возникают слуховые обманы восприятия.

Словарь психиатрических терминов. В.М. Блейхер, И.В. Крук

Музыкальная эпилепсия [Мержеевский И.П., 1884] — форма рефлекторной эпилепсии, характеризующаяся музыкогенными припадками. Характерна звуковая аура, полиморфный характер припадков.

Наблюдается при диффузных органических поражениях головного мозга с преимущественно височной, чаще двусторонней локализацией [Hoff H., 1956; Weber R., 1956; Piotrowski A., 1959; Горник В.М., 1964]. Современное название — музыкогенная эпилепсия [Gastaut H., 1973].

Син.: музыколепсия, синдром Критчли [Kritchley, 1937].

Неврология. Полный толковый словарь. Никифоров А.С.

Использованные источники: www.persev.ru

ВАС МОЖЕТ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ :

  Болят ноги эпилепсия

  Как избавиться от эпилепсии дома

  Зпрр эпилепсия лечение

Музыка может помочь в лечении эпилепсии

Очень многие люди любят слушать музыку. Одни слушают музыку во время отдыха, чтобы лучше расслабиться, а другие во время работы, чтобы лучше сосредоточиться. Некоторые предпочитают слушать классическую музыку, а некоторые любят рок. Как бы там ни было и какую бы музыку кто не предпочитал, но большинство людей считает, что музыка помогает им более легко идти по жизни и добиваться своих целей.

Поскольку музыка занимает столь видное место в жизни людей, ученые уже давно изучают влияние музыки на человека. Уже сейчас хорошо известно, что любимые мелодии помогают людям быстрее выздоравливать после хирургического вмешательства, а также более легко переносить боль, поэтому пациентам, которые слушают любимые музыкальные произведения, нужно меньше обезболивающих лекарств.

Исследователи все чаще говорят о том, что музыка обладает огромным терапевтическим потенциалом. А одно недавнее исследование, о котором рассказывает интернет-издание Medical News Today, показало, что музыка может быть полезной для лечения эпилепсии.

Головной мозг людей с эпилепсией реагирует на музыку иначе, чем мозг здоровых людей

На 123-й ежегодной Конвенции Американской Психологической Ассоциации (American Psychological Association’s 123rd Annual Convention) американские ученые представили результаты своей научной работы, которые позволяют предположить, что головной мозг людей с эпилепсией реагирует на музыку несколько по-другому, чем мозг людей, которые не имеют этого серьезного заболевания.

Кристин Чаритон (Christine Charyton), доктор философии из Медицинского центра Векснера Университета штата Огайо (The Ohio State University Wexner Medical Center), провела это исследование вместе со своими коллегами и пришла к выводу, что во время лечения эпилепсии можно использовать музыку в комбинации с уже существующими в настоящее время терапевтическими процедурами.

Статистические данные показывают, что в США примерно 2,9 млн детей и взрослых страдают эпилепсией, а в мире насчитывается около 65 млн людей с этим неврологическим заболеванием, которое характеризуется возникновением судорог.

Доктор Чаритон отмечает, что около 80 % случаев эпилепсии – это височная эпилепсия, которая характерна тем, что припадки начинаются в височной доле головного мозга. Как известно, в височной доле расположена слуховая кора головного мозга, которая обрабатывает звук. Учитывая этот факт, ученые решили исследовать, как влияет музыка на головной мозг людей с эпилепсией.

У пациентов с эпилепсией музыка вызывает большую синхронизацию мозговых волн с музыкой

Исследователи проанализировали данные о 21 пациенте с эпилепсией, которые в период с сентября 2012 года по май 2014 года находились под наблюдением в Медицинском центре Векснер. Ученые сравнили данные мониторинга работы головного мозга пациентов с эпилепсией с данными работы головного мозга людей без эпилепсии. Для этого ученые с помощью электроэнцефалограммы (ЭЭГ) записывали модели мозговых волн всех испытуемых (людей с эпилепсией и без эпилепсии) в то время, когда они прослушивали музыкальные произведения.

Во время экспериментов все участники исследования прежде, чем прослушать одно из трех музыкальных произведений («Соната ре мажор» (Sonata in D Major), Анданте Часть II (K448) (Andante Movement II (K448)) Моцарта или исполнение «Мои любимые вещи» (My Favorite Things) Джона Колтрейна), должны были в течение десяти минут слушать тишину. То есть между каждым прослушиванием музыки следовала одна десятиминутная пауза, во время которой была полная тишина

Как и ожидалось, во время прослушивания музыки участники с эпилепсией и без эпилепсии показали повышенную мозговую активность. Однако у участников с эпилепсией во время прослушивания музыки наблюдалась гораздо большая синхронизацию мозговых волн в ??лобных и височных долях головного мозга, чем у участников без этого заболевания.

Доктор Чаритон рассказывает, что ученые были удивлены ??такими результатами. Как она говорит, ученые знали, что у музыкантов более четкая синхронизация мозговых волн с музыкой, но они не могли предположить, каким образом будет отвечать на музыку головной мозг человека с эпилепсией.

Основываясь на полученных результатах, доктор Чаритон говорит, что в сочетании с существующими процедурами музыка может быть одним из методов вмешательства, чтобы помочь предотвратить приступы у больных эпилепсией. Она рассказывает, что люди, которые страдают эпилепсией, могут использовать музыку для того, чтобы расслабиться. Как известно, стресс вызывает судороги. А многие пациенты сообщали, что во время прослушивания музыки они чувствовали себя боле расслабленным.

Ученые считают, что это исследование представляет собой первый шаг, который позволяет понять, что музыка может оказывать положительное влияние на мозг людей с эпилепсией.

Доктор Чаритон добавляет, что ученые планируют провести более глубокие исследования, чтобы определить точную точку, в которой музыка может стимулировать синхронизацию мозговых волн, чтобы предотвратить появление судорог при эпилепсии.

Прослушивание музыка помогает и пациентам, и врачам

Эпилепсия – это не единственное заболевание, на которое музыка может оказывать терапевтическое воздействие. В 2013 году научные издания сообщали о результатах исследования, которое показало, что для снижения тревожности музыка может быть более эффективной, чем отпускаемые по рецепту лекарства, и она может даже улучшить работу иммунной системы.

По данным исследования, отчет о котором был опубликован в августе 2015 года в издании «Журнал эстетической хирургии» (Aesthetic Surgery Journal), музыка может повысить производительность хирургов. Исследователи обнаружили, что когда во время проведения эстетических операций хирурги слушают свою любимую музыку, они более быстро и более аккуратно накладывают швы.

По материалам Medical News Today

Поделиться с друзьями:

Интересные статьи

Фрагмент передачи Здоровье. Варикоцеле (varicocele).

Овуляция перед месячными — это нормально?

Распространенность целиакии у детей с синдромом раздраженного кишечника

Комментарии (2)

Я музыку люблю слушать еще со школы. Теперь и во время работы музыка мне абсолютно не мешает, а работа становится более приятной.

18 октября 2015 23:10

Сейчас мне 36 лет. В мед. центр хронотерапии «Резонанс» я впервые пришел в 2000 году. Тогда мне было чуть больше 20 лет и вся моя жизнь была очень тяжелая, беспросветная от отчаяния и физической боли. Слово «черная» очень подходит к тому состоянию, которое я испытывал тогда, когда заболел эпилепсией. Эпилепсия по-другому называется еще «черная».
Заболел я где-то лет в 11-12. У меня 3 раза были травмы головы и я в те годы переболел очень сильным гриппом. Но, что причина болезни – врачи не сказали. Лечился по месту жительства в районе и областной Днепропетровской психбольнице. Несмотря на лечение припадки у меня год от года становились все чаще и тяжелее. Их появление я чувствовал не всегда – предчувствие приступа с годами (по мере нарастания их тяжести) начало исчезать. Для меня это было страшно. К 2000 году у меня ежемесячно было по 14-15 припадков! А по-другому если посчитать, то припадки были через день, очень редко несколько раз в день – тяжелые, с потерей сознания, прикусом языка, меня выгибало на правую сторону и т.д., я падал и на горящую плиту, а однажды и под автомобиль. Если бы не люди вокруг, то уже и не жил бы. Я еще не успевал прийти в себя от того приступа, который был вчера, как накатывался следующий. На тот момент времени я принимал 6 табл. фенлепсина и 1,5 карбомезепина. Самочувствие не расскажешь, жизнь не позавидуешь!
В «Резонансе» меня не хотели поначалу даже брать на лечение, но вышел директор, узнал, что я издалека и приступы частые и очень тяжелые – взяли. Месяцев через 9-10 приступы прекратились совсем, т.е. не было ни одного! А вот на протяжении этих 10 месяцев я принимал и таблетки, которые мне назначили в обл. психбольнице. У них в Центре такой принцип — не снижать таблеток до тех пор, пока не исчезнут все без исключения приступы. И только затем рекомендуется очень медленное снижение таблеточного, противосудорожного лечения. Чтобы не сорвать лечение, которое назначается в «Резонанс», т.к. к этим противосудорожным таблеткам возникает очень сильное привыкание. Я снижаю дозы противосудорожных лекарств вот уже 15 лет, хотя Николай Андреевич рекомендует мне это делать быстрее. Но я очень страшусь повторения тех страшных состояний, которые так тяжело меня мучили 14-15 лет тому назад и потому снижаю таблетки очень медленно. За эти 15 лет у меня не было ни одного приступа, а дозы противоэпилептических лекарств снизил до 1 табл. фенлепсина, карбомезепин отменили еще 2 года тому назад. Людям желаю веры и быть настойчивыми. И все получится.

Использованные источники: nebolet.com

Читайте так же ...